Сайт посвященный церковной истории

Пути

Великого Новгорода

История и

современность

Яндекс.Метрика

Перепечатка в интернете разрешена при условии наличия активной ссылки на сайт " Пути Великого Новгорода: История и современность".

Повесть о видении иноку Варлааму в Великом Новгороде

Подготовка текста, перевод и комментарии Н. В. Савельевой

 

«Повесть о видении иноку Варлааму в Великом Новгороде» отражает события 1611 г. Вскоре после свержения Василия Шуйского шведские войска стали постепенно занимать северо-западные русские земли. 16 июля 1611 г. ими был захвачен Великий Новгород. Видение, о котором рассказывает повесть, случилось накануне, 15 июля 1611 г. По мнению исследователей памятника, повесть была создана после захвата Новгорода и является попыткой осмыслить происходящие события (см.: Платонов С. Ф. Древнерусские сказания и повести о смутном времени XVII века как исторический источник. М., 1913. С. 77—80; Назаревский А. А. Очерки из области русской исторической повести начала XVII столетия. Киев, 1958. С. 128—133). Источником новгородской повести стала «Повесть о видении некоему мужу духовну» протопопа Терентия, причем автор новгородской повести настолько близок к своему оригиналу, что С. Ф. Платонов прямо называет новгородскую повесть подражанием московскому видению. В то же время основная идея новгородской повести иная. Если «Повесть о видении некоему мужу духовну» призывает народ к нравственному очищению как единственному способу избавиться от нестроения в государстве, то новгородская повесть, написанная после трагического падения Новгорода, пытается объяснить справедливость наказания новгородцев за их грехи и носит, скорее, покаянный характер. Особого внимания заслуживает упоминание в числе общих грехов немилостивого отношения новгородцев к беженцам, стекавшимся в свободный тогда еще Новгород из разоренных земель. На основании этого высказывались предположения, что автором видения мог быть один из этих гонимых людей. В то же время повесть о видении построена на новгородских реалиях, в ней называются новгородские святые, автор ее, по-видимому, хорошо знаком с литературными памятниками Новгорода и новгородскими преданиями. Все это позволяет предполагать, что автором повести был, скорее, новгородец или человек, проживший в Новгороде достаточно долгое время. Текст повести сохранился в одном списке (Саратовский гос. университет, Собр. Шляпкина, № 577 (Шл. 330); 1-я пол. XVIII в.). Мы публикуем его по изданию, осуществленному С. Ф. Платоновым в 13-м томе РИБ (см.: РИБ. Т. 13. Стлб. 243—248). Внесенные нами смысловые исправления выделяются курсивом.

Повесть душеполезная. Было явление в Скифопольской стране, как именуется Великий Новгород, некоему иноку по имени Варлаам в 7119 (1611) году июля в 15 день, <когда> нашел гнев Божий на Великий Новгород и на всех православных христиан за грехи наши. Было видение страшное и ужаса исполненное.

 

В Великом Новгороде жил некий инок по имени Варлаам. Некогда ушел он из Великого Новгорода <в место иное> и там жил много лет, и молился Господу Богу и Спасу нашему Иисусу Христу и Пречистой его Богоматери Пресвятой Владычице нашей Богородице, честному и славному ее Успению. Беспрестанно все дни и ночи он без сна проводил и никогда глазам своим задремать не давал. Кормился же инок Варлаам подаянием Христа ради.

Однажды сидел он в одиночестве в келье своей, в молчании пребывая, и нашли на него думы о погибели православной земли Русской, страны Скифопольской, как именуется Великий Новгород, православных христиан. «И когда задумался я <о том>, и забылся легким сном. И я задремал, и видел свет великий несказанный, земного света в семь раз ярче сияющий. Я же от страха такого воспрянул, и не думаю, что это во сне, но словно наяву <пребываю>. И, приоткрыв оконце, хотел посмотреть, и увидел человека, идущего ко мне в келию и держащего в руке своей посох. И сказал он мне: „Старче! Выйди из келии своей, и покажу тебе, о чем ты просил и что видеть желал, и ты иди сейчас со мною!” Я же, многогрешный и грубый, вышел к нему с радостью великой и весельем, ибо получил то, что желал и просил у Господа Бога моего.

И пришли мы к городу, вошли в Великий Новгород как обычно, так что и стражи городские не видели нас, и никто не слышал. А был тогда страх в городе и ужас от немецких людей, ибо стояли тогда полки немецкие на расстоянии чуть более поприща от Великого Новгорода, в монастыре Пречистой Богородицы, что на Колмове. Я же шел с радостью по городу тому и видел дорогу ровную, и сухую, и чистую и удивлялся этому. И спросил я ведущего меня: „Скажи мне, господин мой, отчего нынче дорога хорошая, ведь осень ненастна и дождлива?” И ответил мне человек, который водил меня, сказал мне: „Старец, не удивляйся этому, все это творение Божие: всемогущ Бог наш, как хочет, так и творит”.

И потом пришел я к церкви святой и великой Софии, неизреченной Премудрости Слова Божиего, что у Золотых Ворот, и увидел, что двери церковные открыты, и свечи горят по всей церкви. Я же в щелку внимательно смотрел во святую и великую церковь и видел, что посреди церкви свет невечерний сияет, будто железо раскаленное искры испускает, и посреди света того престол золотой <возвышается>, великолепный, бесчисленным множеством <красот> украшенный, так что умом человеческим и постичь невозможно; и <увидел> я, что на престоле том надежда наша Владычица Богородица и Приснодева Мария восседает, крепкая помощница и заступница роду христианскому, и несокрушимая стена, и непобедимая воительница, и будто солнце она сияет. И вокруг престола движется множество ангелов и архангелов, херувимов и серафимов, со страхом, и трепетом, и благоговением они светозарный престол окружают, и стоят на страже с грозным видом, и держат оружие огненное обнаженное в руках своих, и крылья их распростерты по земле. И вновь смотрел я в щелку внимательно, и видел, что вокруг престола множество святых стоит — я же узнал Никиту епископа, и Иоанна архиепископа, и прочих же новгородских святых. И все они готовятся выйти из города и отдать Великий Новгород безбожным немцам за грехи наши.

И начали святые молиться Пресвятой Владычице нашей Богородице и Приснодеве Марии, и все святые просили: „О Пречистая Всемилостивая Богоматерь, Владычица Богородица, Приснодева Мария, несокрушимая стена, ведь ты нашему Великому Новгороду заступница! Послушай, Госпожа, нынче моления нашего, не отдай же, Госпожа, города нашего поганым на разорение и не погуби православных христиан! Умоли, Госпожа, Сына своего и Бога нашего о <защите> города этого! Пусть велико согрешение (горожан), но от твоей великой несказанной милости и от тебя не отступили, тебя заступницей почитают!” И долго умоляли ее.

И потом услышал я пресладкий голос нашей заступницы рода христианского Пресвятой Богородицы, крепкой помощницы и надежды, с умилением обращалась она ко всем стоящим пред нею святым. И <так> говорила святым Матерь Божия: „О избранные святые Божии! Зачем молите меня о городе этом и о людях, ведь людские грехи их умножились, и прогневали они Сына моего, Творца вашего, Создателя неба и земли, и меня прогневали злыми, мерзкими, скверными, блудными своими делами, и осквернились все люди от мала и до велика! И много уже молила я Господа моего о городе этом и о людях, и не смогла умолить, и не послушал он слов мольбы моей, но <повелел>, чтобы покинула я ныне город и место это вместе со всеми вами, святыми, и чтобы отдала город этот безбожным немцам этим в покорение и в рабство”.

И вновь все святые со слезами молились Пречистой Богородице, более же всех усердно молился преподобный Варлаам Хутынский. И со слезами он восклицал: „О, Владычица моя, Пресвятая Госпожа Богородица! Помилуй род христианский, в беде пребывающий, не погуби достояния своего и не покинь места этого, но останься с нами здесь и будь просительницей к Сыну своему и Богу нашему о городе этом и о людях своих!” И тогда Преславная Владычица наша и Великая Царица и Богородица, Матерь Царя (нашего) посмотрела на всех святых избранных Божиих и прослезилась, и потекли из очей ее слезы, будто струи, и сказала она всем святым: „О избранные святые Божии! Не упрашивайте меня ныне об этом! Я же и сама плачу о погибели их; знаю ведь, что город этот — удел мой, и люди — достояние мое. И молила я Сына моего много об этом и тем досадила ему, ибо за неверие их разгневался Владыка Господь на них и не послушал он моления моего. Ведь грехи их умножились более, чем во всех людях, и от грехов их отяготели сердца их, и не послушали они заповедей Божиих и по вере его жить не пожелали. И ныне хочет Сын мой оставить город этот и людей, поскольку, <когда> было место это не разорено и собирались сюда люди со всех земель, погибших от нынешних бед и несчастий, и стекались они в город этот, — <люди же, здесь живущие> их оскорбляли, и ругали их, и издевались над ними, и досаждали им, будто неверные; а сами же ели и пили всечасно, и блуд творили, более же всего содомскому греху непрестанно предавались. И когда войдут в церковь мою, ни один не хочет от всего сердца молитвы Иисусовой сотворить, не то что поститься. И уже покинул <Господь> князей и воевод, и все войско их отдано будет, и оружием их посекут, и милости Божией не найдут. И имя мое больше не вспомнится: уже город этот отдан <врагу> будет”. — И сказала это заступница наша Богородица и отвернулась, чтобы не досаждали ей. И через некоторое время вновь обернулась и сказала им: „О избранные святые Божии мои! Не просите меня об этом, не могу я уже милости для города этого вымолить у Владыки Господа Бога, Сына моего!”

Я же, грешный и недостойный, стоял при этом дрожа и трепеща, от ужаса и страха стоять не мог. И вскоре позвала меня она, <увидев,> где я стоял. И подошел я к престолу тому, и не смог смотреть на светило, на престоле сидящую надежду нашу, и заступницу, и защитницу верную роду христианскому; и не мог я глядеть на нее, упал ниц на землю. И сказала мне Пречистая Богородица: „Старец, иди в город и скажи митрополиту, и всем правителям, и воеводам, и всему новгородскому войску, пусть примут все покаяние и готовятся к смерти, уже будет город этот завтра отдан неверным людям, иноземцам, шведам Шведской земли”».

Слава Богу нашему, сотворившему все!

Публикуется из библиотеки литературы Древней Руси / Том 14

Электронные публикации Института русской литературы (Пушкинского Дома) РАН